Введение в историю Благородного Искусства (Часть-2)


о сайте



Первоначальный герб Коллеони "В пересеченном серебряном и красном поле три пары продырявленных яичек переменных цветов"


Возможно, подобные примеры, когда представители богатой буржуазии жаждали получить благородный статус за деньги, были ничтожно редки... Не стоит обольщаться на этот счет: подавляющее большинство официальных выборных должностей в той же самой Венецианской республике могло быть попросту куплено (в 1779 году Паоло Реньер заручился поддержкой 300 голосов, заплатив каждому не менее 15 золотых монет). Даже если дело касалось такого закрытого сословия, как патрициат — родовой аристократии, то статус патриция можно было купить за 100000 дукатов: возьмем, к примеру, последнего дожа Лодовико Манин, семья которого в 1651 году выложила эту кругленькую сумму ради того, чтобы приобщиться к славе Большого совета.
Вышеприведенные примеры изображений на гербах, а также на их декоративных окантовках явно перегружены смыслом: кто угодно может представить доблестного драгуна, убивающего тигра в отместку за своего коня, или отважного офицера конной полиции, взбирающегося на горы Квебека с оружием в руках, или тихого преподавателя Оксфорда, мучающего своих студентов заковыристыми вопросами, но куда же делось очарование той Истории, в которой находилось место аллегориям, где были звезды и вилообразные кресты, укороченный пояс и титло, безанты и единороги?
"Рыцарское сословие в период Средневековья оставило заметный след в истории, прославилось героическими подвигами и славными походами, кроме того, оно оставило на наше попечение двоих благороднейших дочерей: искусство Геральдики и науку Блазона. Две сестры были как две капли воды похожи друг на друга, тот, кто видел их впервые, не мог их различить, но тот, кто внимательнее присматривался к ним, находил существенные различия. Одна из них — живая, подвижная, воодушевленная, другая — более серьезная, задумчивая, погруженная в себя. У каждой из них есть своя особая сфера деятельности: геральдика очень искусна и изобретательна, а блазон своей наукой интерпретирует ее находки и изобретения. Первая получила свое название от имени древнего Герольда, в рыцарскую эпоху они были личными посланцами августейших особ, наделенных всей полнотой власти (согласно римским законам). Именно герольды составляли гербы королям и герцогам, а также композиции на щитах, размещали на поле фигуры в соответствии с установленными правилами, чтобы каждый рыцарь мог и должен был носить их как подобает. Чтобы их изобрести, герольд должен был извлечь на свет древнюю историю семьи, разузнать родословие и законные титулы и среди тех, кто не прочь был иметь собственный герб, определить тех, кто проявили себя как трусы и предатели, не допускались к участию в рыцарских турнирах, запятнали честь своей семьи, прославились своей порочностью или транжирством. Искусство герольдов изобретать и оценивать гербы и стало называться геральдикой.
Тенденции развития геральдики были неразрывно связаны со средневековым искусством, с языком символов и аллегорий, подчас не поддающихся истолкованию. При этом лишь немногие образцы геральдического искусства были исполнены на высочайшем уровне, редкие мастера в полной мере владели этим тайным языком, и созданные ими образы можно было интерпретировать. В те времена, если кто-нибудь намеревался принять участие в рыцарском турнире, он останавливался перед крепостными стенами, трубил в рог (на германском языке этот рог назывался "blazen") и при входе показывал свой щит. За то время, пока звучали звуки рога, рыцарь должен был истолковать знатоку гербов символическое значение изображения на своем щите. Чем чаще рыцарь допускался к участию в турнирах, тем он считался благороднее. Многие исследователи полагают, что именно от германского термина "blazen", обозначающего "рожок", происходит название науки блазона, или блазонирования ("blasonica").

о сайте